— Вот тебе, Гайдри! — улыбнулась девушка, закончив изложение своей блестящей идеи. Потом она кратко записала еще несколько дополнительных мыслей — лучше иметь побольше информации, когда профессор будет спрашивать темы, — и ее глаза начали слипаться.

Пальцы Вероники ослабли, ручка выскользнула, и девушка снова легла на подушку. Ах… Спать в постели было гораздо лучше, чем горбиться над столом.

Ммм… Ее первая ночь в новой кровати. Она улыбнулась и закрыла глаза. Кровать была такой мягкой, такой теплой, она так приятно… щекотала?

Вероника с трудом открыла один глаз и посмотрела на свою руку. Рядом ничего не было, но все же девушка почувствовала, как что-то мягкое и легкое, словно перышко, движется по ее коже.

Вероника ощутила легкое покалывание в руке, и ее кожа покрылась мурашками. Неожиданно у девушки возникло такое чувство, что она в комнате не одна. Похожее Вероника испытала и в случае с коробкой пиццы — что-то было здесь в комнате рядом с ней, оно касалось коробки, дотрагивалось до ее тела… Или, может быть, это был кто-то…

Черт возьми!

Девушка натянула простыню, закрывая ноги и талию.

Учебник, которым Вероника пользовалась при написании пояснения к теме курсовой работы, был открыт и лежал страницами вниз у нее на груди.

Глаза Вероники снова закрылись. В течение последующих пятнадцати минут грудь девушки мерно поднималась и опускалась. Так продолжалось до тех пор, пока кукушка на часах не возвестила о том, что наступила полночь. Ее громкое «ку-ку» начало свою атаку на генерала Дрему.

Вероника смутно вспомнила об учебнике, о разбросанных по кровати листах и подумала, что нужно обязательно встать. По крайней мере она должна убрать вещи и завести будильник. Упаковка ленча и выбор одежды могут подождать и до утра. Но для Вероники утра не будет, если она не заведет проклятый будильник.